Отнесенные часами пути назад застыли и шатры, вытканные из верблюжьей шерсти и подпертые толстыми суками, и сотни верблюдов, погруженных в оцепенение, и единственный в селении белый, праздничный шатер - дети приходят сюда изучать Коран.

И час за часом по этой тропинке времени - только оно и меняется в пустыне - вышагивает караван. Вид его необычен. Вереница верблюдов - целое войско верблюдов: их здесь 160 - монотонно следует по пескам. Ни поклажи на их спинах, ни всадников - будто их стадо вздумало переселиться, повинуясь причуде вожака. Но, нет, первое впечатление обманчиво. Волнистую линию их фигур изредка рассекают клинышки: человечки, бедуины, 15 странников. Они увлекают войско животных вперед, к одной известной им цели: на торг, на рынок.

Два месяца в году, в августе и сентябре, на юге Марокко проводятся крупнейшие в мире верблюжьи торги. Покупатели и продавцы стекаются сюда со всей Африки. Стадо верблюдов, перегоняемое по неприметным тропам Сахары, разбивают обычно на две части. Одну половину стада продают, сторговывая животных по 800-1500 евро, и, накупив на заработанные деньги товаров, нагружают их на оставшихся верблюдов. Растекаются караваны в Мали, Алжир, Нигер, Мавританию; плывут, как по огромному морю, - по морю песка, Сахаре, развозя по кочевьям бедуинов все, что в Европе "вкус голодный, полезный промысел избрав, изобретает для забав, для роскоши, для неги модной". Впрочем, для бедуинов "роскошь", которую повезет их караван, возвращаясь с торгов, совсем не то, что для нас: это - соль, сахар, мука.

Движутся обычно ночью, когда жара несколько спадет, потому что палящий зной африканской пустыни трудно перенести даже одногорбым верблюдам - одним из самых терпеливых животных на свете. Среди млекопитающих они лучше всего приспособлены к жизни в пустыне. Долгий естественный отбор наделил их организмы множеством удивительных свойств. Некоторые считают, что горб верблюда накапливает воду. Это не так. Внутри горба запасается жир - до сорока килограммов жира. Для верблюда это не только пропитание на черный день - на тот случай, если на пути животного не попадется даже верблюжьей колючки, которую ему легко разжевывать своими губами, покрытыми толстым, ороговелым слоем кожи. Горб верблюда - это удивительный кондиционер, придуманный природой.

Ночью, когда температура в пустыне резко падает, порой снижаясь почти на 30 градусов (!), температура тела верблюда тоже понижается - до 34о. Надолго остывает и жировая ткань, накопленная в горбу животного. В дневные часы, когда воздух разогревается до 70о, кровь, протекая по жировой ткани, охлаждается, что защищает организм верблюда от перегрева.

Благодаря этим маленьким хитростям дромедар может две недели обходиться без воды. Когда же он доберется до оазиса, то начинает пить без удержу. За четверть часа он может выпить до 150 л воды. В его организме имеется три преджелудка; в одном из них предусмотрено около 800 "кармашков", в которых накапливается жидкость на тот случай, если не придется долго пить. Кроме того, красные кровяные тельца могут, впитывая жидкость, увеличиваться в объеме в 200 раз.
Когда же запасы воды иссякнут, верблюда выручит жир, отложенный в его горбу. За счет определенных химических реакций организм верблюда извлекает воду из жира. Как подсчитали ученые, из 100 г жира получается 107 г воды. Так что горб верблюда - это не только кондиционер, но еще и огромный "термос" с водой.

Жить в пустыне - мучиться не только от жажды, но и от жары. Если вам довелось бывать, к примеру, в Средней Азии, вы знаете, что днем ходить по песку можно только в обуви. Песок раскален и обжигает ноги - босиком далеко не уйдешь. Не зря у верблюда такие длинные ноги, иначе бы он задевал песок животом. Удовольствие не из приятных. А сами ноги? Они покрыты толстыми мозолями. Верблюду не страшно вышагивать по горячим барханам и острым камням: широко расставленные, сросшиеся пальцы не дают ему проваливаться в песок. Не страшно ему и улечься на песок, пышущий жаром. Огромные мозоли на груди и коленях, скорее, напоминают подушки. Верблюд покоится на своих мозолях, как где-нибудь на далеком севере - дом на сваях. Мягкими частями тела он не касается песка и не обжигается. Ноздри верблюда имеют форму щели. Когда поднимается буря и ветер гонит тучи песка, ноздри плотно сжимаются. Уши верблюда защищены густым волосом от попадания песка, а глаза - двумя рядами длинных ресниц, а также прозрачным веком. Если песок все же засорит глаза, они начинают слезиться, смывая сор.

Впрочем, верблюд все-таки не спринтер, хотя и развивает скорость до 33 км/ч, а стайер. Для него не проблема пройти за день 40-80 км с поклажей, весящей 200 кг. Это, между прочим, больше трети его собственной массы (представьте себе, что вам взвалили на плечи 25 кг и предложили пробежаться из Москвы в Серпухов!). Самые же сильные верблюды могут унести на спине груз до 400 кг.

Стадо небесное и стадо земное

С тюками на спине, шагая по раскаленному песку, прикрывая глаза от хлестких ударов ветра, верблюд пересекает суровые страны, до которых не доберется ни один вездеход. Он и впрямь похож на корабль, что рассекает барханы, как волны, - он монотонно бредет, выставляя вперед то левую, то правую пару ног. Устал седок, покачивается, прикрыв глаза рукавом голубого кафтана, а верблюд несет его навстречу колодцу - он чует воду за 17 км. С таким обонянием в пустыне не пропадешь! Когда скудеют запасы воды, караванщики с надеждой поглядывают на верблюдов. В былые времена, в дни войн между племенами, чутье верблюдов не раз спасало людей: они ведь никогда не станут пить из отравленного источника, а такая опасность подстерегала бедуинов в те года, когда коварство врагов не знало границ.

Верблюд был издавна помощником, и спасателем, и вожатым. Бедуины почитали его, ведь он пребывал под покровительством высших сил. В исламской мифологии, например, звезды считались "верблюдами, пасущимися на лугах Аллаха в вечном мире и блаженстве". У костров, разведенных в ночи, кочевники рассказывали встарь такую историю. Когда Аллах творил человека, Он уронил на Землю комочек глины. Из нее и родился верблюд. Аллах так расположен к верблюду, что ему одному открыл свое сотое имя, в то время как люди знают лишь 99 имен Бога. Сейчас такие истории о верблюдах уже не твердят, однако хуже к ним относиться не стали. "Верблюды, - говорят бедуины, - все, что есть у нас. Если с ними все хорошо, то и у нас все ладится"